Иосиф бродский кровь моя холодна. Чезаре Павезе

Чезаре Павезе. Придет смерть, и у нее будут твои глаза

Иосиф бродский кровь моя холодна. Чезаре Павезе

После текста оригинала на итальянском языке читайте о моих поисках достойных переводов:

Verrа la morte e avrа i tuoi occhi

Verrа la morte e avrа i tuoi occhi-questa morte che ci accompagnadal mattino alla sera, insonne,sorda, come un vecchio rimorsoo un vizio assurdo. I tuoi occhisaranno una vana parolaun grido taciuto, un silenzio.Cosм li vedi ogni mattinaquando su te sola ti pieghinello specchio. O cara speranza,quel giorno sapremo anche noi

che sei la vita e sei il nulla.

Per tutti la morte ha uno sguardo.Verrа la morte e avrа i tuoi occhi.Sarа come smettere un vizio,come vedere nello specchioriemergere un viso morto,come ascoltare un labbro chiuso.

Scenderemo nel gorgo muti.

***

А теперь найденный мной первый перевод, написанный белым стихом. Автор перевода — Михаил Сухотин.

***

Придет смерть, и у нее будут твои глаза.Эта смерть, что нас сопровождаетнеусыпно с утра до ночи, глухая,как стыд или скверная привычка,как абсурд . Глаза твои будут –немой крик, несказанное слово,тишина.Так ты видишь их каждое утро,наклоняясь над своим отраженьемв зеркале. О, дорогая надежда,в этот день узнаем и мы:

ты – ничего, и ты – жизнь.

На каждого смерть по-своему смотрит.Придет смерть, и у нее будут твои глаза.Это будет как порвать с привычкой,как увидеть в зеркале все то же,но только мертвое лицо,как услышать сомкнувшиеся губы.

Мы сойдем в водоворот немыми.

***

Заговорила об этом с известным блоггером Ольгой Канунниковой, и она специально для моего блога о Глазах написала стихотворный перевод. Вот он:

***

У смерти приходящей глаза будут твои.Сопровождать меня с утра до ночи неустанно,Стыдясь как-будто за привычки скверные своиЗа тот абсурд, за крик немой…

Как будто говорят, но все так несказанно.

И утро каждое, на отражение в зеркале смотря,И тлея в предвкушении надежду хрупкую,Глядим и думаем: «Мы живы! Опасения наши зря!»

Иль вижу смерти тень я жуткую…

И каждого из нас ждет смерть своя.Мы смотрим на нее, но что же с нами?И в зеркале мы видим только теньИ слышим мы сомкнувшиеся зубы,И покидая нашей жизни день

В водоворот летим мы быстро, стиснув зубы.

***

Пока Ольга писала перевод, я нашла в сети перевод Маргариты Алигер, публикую и его тоже:

* * *

Нагрянет смерть с твоими глазами,смерть, что плетется за нами следомс утра до вечера, глаз не смыкая,глухая, как совести давний укор,как дурная привычка. С твоими глазами.Твои глаза – как напрасное слово,как возглас без звука, безмолвие.

Такими ты видишь их каждое утро,над одиноким своим отраженьемсклоняясь. О дорогая надежда,в тот день наконец-то узнаем и мы:ты – жизнь и ты – пустота.На каждого смерть по-другому посмотрит.

Моя – на меня – твоими глазами,и что-то случится,  как будто рассталсяс дурною привычкой, как будто увидел,как в зеркале мертвое всплыло лицо,как будто услышал я сжатые плотно уста.

Безмолвие. Мы погружаемся немо в пучину.

***

Ну и под конец, стихотворение Иосифа Бродского. Это не перевод, просто цитата Чезаре Павезе использована как эпиграф:

Иосиф Бродский. Натюрморт

Verra la morte e avra i tuoi occhi.
C. Pavese

«Придет смерть, и у неебудут твои глаза»

Ч.Павезе

Вещи и люди насОкружают, и те,И эти терзают глаз.

Лучше жить в темноте.

Кровь моя холодна.Холод ее лютейреки, промерзшей до дна.

Я не люблю людей.

Что-то в их лицах есть,что противно уму.Что выражает лесть

Неизвестно кому.

Вещи приятней. В нихнет ни зла, ни добравнешне, а если вник

в них — и внутри нутра.

Преподнося сюрпризсуммой своих углов,вещь выпадает из

миропорядка слов.

Вещь не стоит. И недвижется. Это — бред.Вещь есть пространство, вне

Коего вещи нет.

Вещь можно грохнуть, сжечь,Распотрошить, сломать.Бросить. При этом вещь

не крикнет: «Такая мать!»

Дерево. Тень. Земляпод деревом для корней.Корявые вензеля.

Глина. Гряда камней.

Корни. Их переплет.Камень, чей личный грузОсвобождает от

данной системы уз.

Он неподвижен.Нисдвинуть, ни унести.Тень. Человек в тени,

Словно рыба в сети.

Вещь, коричневый цветвещи. Чей контур стерт.Сумерки. Больше нет

ничего. Натюрморт.

В последнее время ясплю среди бела дня.Видимо, смерть моя

испытывает меня.

Смерть придет и найдеттело, чья гладь — визитсмерти, точно приход

женщины, отразит.

Это абсурд, вранье:череп, скелет, коса.«Смерть придет — у нее

Будут твои глаза.»

Мать говорит Христу:- Ты мой сын или мойБог? Ты прибит к кресту.

Как я пойду домой?

Как ступлю на порог,Не поняв, не решив:Ты мой сын или Бог?

То есть, мертв или жив?-

Он говорит в ответ:- Мертвый или живой,разницы,жено, нет.

Сын или Бог — я твой.

***

Надеюсь, вам понравилась подборка? Может, вам известны тоже какие-то варианты?

Читайте другие стихи о глазах: самая полная подборка

Related posts:

Выберите месяц Июнь 2017  (1) Июнь 2016  (1) Август 2014  (6) Июнь 2014  (3) Май 2014  (4) Апрель 2014  (4) Февраль 2014  (4) Январь 2014  (9) Декабрь 2013  (8) Ноябрь 2013  (15) Октябрь 2013  (23) Сентябрь 2013  (8) Август 2013  (5) Июль 2013  (5) Июнь 2013  (8) Май 2013  (22) Апрель 2013  (17) Март 2013  (17) Февраль 2013  (12) Январь 2013  (11) Декабрь 2012  (6) Ноябрь 2012  (38) Октябрь 2012  (29) Сентябрь 2012  (19) Август 2012  (10) Июль 2012  (15) Июнь 2012  (13) Май 2012  (57) Апрель 2012  (55) Март 2012  (107)

Источник: //gllaza.ru/chezare-paveze-pridet-smert-i-u-nee-budut-tvoi-glaza/

«Натюрморт» И. Бродский

Иосиф бродский кровь моя холодна. Чезаре Павезе

«Натюрморт» Иосиф Бродский

Verra la morte e avra i tuoi occhi.
C. Pavese

«Придет смерть, и у нее будут твои глаза»

Ч. Павезе

1

Вещи и люди насокружают. И те,и эти терзают глаз.

Лучше жить в темноте.

Я сижу на скамьев парке, глядя воследпроходящей семье.

Мне опротивел свет.

Это январь. ЗимаСогласно календарю.Когда опротивеет тьма.

тогда я заговорю.

2

Пора. Я готов начать.Неважно, с чего. Открытьрот. Я могу молчать.

Но лучше мне говорить.

О чем? О днях. о ночах.Или же — ничего.Или же о вещах.

О вещах, а не о

людях. Они умрут.Все. Я тоже умру.Это бесплодный труд.

Как писать на ветру.

3

Кровь моя холодна.Холод ее лютейреки, промерзшей до дна.

Я не люблю людей.

Внешность их не по мне.Лицами их привитк жизни какой-то не-

покидаемый вид.

Что-то в их лицах есть,что противно уму.Что выражает лесть

неизвестно кому.

4

Вещи приятней. В нихнет ни зла, ни добравнешне. А если вник

в них — и внутри нутра.

Внутри у предметов — пыль.Прах. Древоточец-жук.Стенки. Сухой мотыль.

Неудобно для рук.

Пыль. И включенный светтолько пыль озарит.Даже если предмет

герметично закрыт.

5

Старый буфет извнетак же, как изнутри,напоминает мне

Нотр-Дам де Пари.

В недрах буфета тьма.Швабра, епитрахильпыль не сотрут. Сама

вещь, как правило, пыль

не тщится перебороть,не напрягает бровь.Ибо пыль — это плоть

времени; плоть и кровь.

6

Последнее время ясплю среди бела дня.Видимо, смерть моя

испытывает меня,

поднося, хоть дышу,эеркало мне ко рту, —как я переношу

небытие на свету.

Я неподвижен. Двабедра холодны, как лед.Венозная синева

мрамором отдает.

7

Преподнося сюрпризсуммой своих угловвещь выпадает из

миропорядка слов.

Вещь не стоит. И недвижется. Это — бред.Вещь есть пространство, вне

коего вещи нет.

Вещь можно грохнуть, сжечь,распотрошить, сломать.Бросить. При этом вещь

не крикнет: «Ебёна мать!»

8

Дерево. Тень. Земляпод деревом для корней.Корявые вензеля.

Глина. Гряда камней.

Корни. Их переплет.Камень, чей личный грузосвобождает от

данной системы уз.

Он неподвижен. Нисдвинуть, ни унести.Тень. Человек в тени,

словно рыба в сети.

9

Вещь. Коричневый цветвещи. Чей контур стерт.Сумерки. Больше нет

ничего. Натюрморт.

Смерть придет и найдеттело, чья гладь визитсмерти, точно приход

женщины, отразит.

Это абсурд, вранье:череп, скелет, коса.«Смерть придет, у нее

будут твои глаза».

10

Мать говорит Христу:— Ты мой сын или мойБог? Ты прибит к кресту.

Как я пойду домой?

Как ступлю на порог,не поняв, не решив:ты мой сын или Бог?

То есть, мертв или жив?

Он говорит в ответ:— Мертвый или живой,разницы, жено, нет.

Сын или Бог, я твой.

Стихотворение «Натюрморт» было написано Иосифом Александровичем Бродским в 1971 году. Оно полностью соответствует своему названию, поскольку сюжет вращается вокруг одной темы – мёртвой природы (дословный перевод французского выражения «nature morte»). Постепенно читатель обнаруживает, что под этим определением поэт понимает не только окружающий мир, заснувший по зиме, но и самого себя.

Произведение состоит из 10 частей, в каждой из которых по три четверостишия. Стиль повествования типичный для Бродского: поэт разрывает фразы, помещая часть на одну строку, а продолжение – на другую. Размер трудно определяется, ритм создаётся с помощью сложноорганизованных пауз.

Первая часть стихотворения представляет собой экспозицию. Мы видим поэта сидящим в каком-то парке, вглядывающимся в спины безликим людям. Автор говорит, что смотрит вслед семье, но от этих слов не веет теплом. Вообще всё стихотворение пронизано тоской и леденящим холодом. Немудрено, ведьЭто январь. Зима

Согласно календарю.

Строки стихотворения короткие и резкие, под стать порывам январского ветра. Поэт использует множество мрачных эпитетов, передающих его настроение: «бесплодный труд», «холодная кровь», «венозная синева», «корявые вензеля» корней.

Неприютен мир, который рисует поэт. В нём живут скучные серые люди. Поэт рисует их портреты такими же неприятными красками:Что-то в их лицах есть,что противно уму.Что выражает лесть

неизвестно кому.

Отторжение усилено с помощью анафоры. В противовес этому досадному явлению автор много внимания уделяет вещам. Он открыто заявляет, что вещи куда привлекательнее людей.

Иосиф Александрович использует нетривиальные сравнения: старый буфет и собор Нотр-Дам де Пари. Самого себя и неживой предмет. Родство человеческого существа и вещи поэт показывает на примере собственного тела.

Как предмет, оно холодно и неподвижно:Я неподвижен. Двабедра холодны, как лёд.…Вещь не стоит. И не

движется. Это — бред.

Представляется, такое отношение к себе как к вещи помогает автору перенести мысль о бренности бытия.

В девятой части Иосиф Александрович рисует картину встречи со смертью, опровергает её стереотипный облик старухи с косой.

Вместе с тем он отвергает саму идею смерти, потому что, по его представлению, когда она придёт, то найдёт уже пустое холодное тело. То есть, жизнь ничем не отличается от небытия.

Возможно, поэтому в десятой части появляется неожиданный библейский сюжет. Здесь поэт приводит диалог между Девой Марией и Христом. Божья матерь выпытывает у Иисуса, бог он или сын, жив он или мёртв. На что тот отвечает, что это не имеет значения. Главное слово – «твой», то есть, важно, что он родное дитя Марии, что они рядом друг с другом.

Думается, что здесь кроется глубокое переживание Иосифа Александровича, которого отвергла его родина.

Находясь в эмиграции, поэт страдал оттого, что не мог повидать отца и мать, не мог прикоснуться к родной земле.

Таким образом, хладнокровное рассуждение о превосходстве постоянства вещей над переменчивостью человеческой натуры можно трактовать как завуалированный крик боли и тоски по семье и дому.

Бродский

Источник: //pishi-stihi.ru/natyurmort-brodskij.html

Консультант Кузнецов
Добавить комментарий